Сергей Данкверт об органике

Сергей Данкверт об органике

ОРГАНИЧЕСКИ И ОРГАНОЛЕПТИЧЕСКИ - Вступил в силу закон, предполагающий сертификацию и маркировку органической продукции, произведенной в России. Пока на рынке менее 1% настоящей органической продукции. Как Россельхознадзор планирует участвовать в этой работе?

- Это популярная тема. Но вы сами сказали, что органики меньше одного процента. Наша главная задача - обеспечить безопасность продукции, в том числе той, которая поставляется в детские, школьные и медицинские учреждения.

Что такое органическая продукция? Это мясо, птица, рыба и молоко, при производстве которых не применялись антибиотики, и растительная продукция, выращенная без пестицидов и удобрений.

Сейчас мы поставили цель обеспечить прослеживаемость использования антибиотиков. Дальше автоматически все придет к тому, что это мы будем контролировать рынок органической продукции. На первых порах это будут делать частные фирмы. Но когда начнет расти экспорт российской органической продукции, из-за выявленных нарушений его рано или поздно где-то остановят. Тогда начнут спрашивать, где государственный надзор. И вот тогда эйфория пройдет и начнется нормальная работа - частная лаборатория будет вынуждена показать нам в электронном виде, сколько сделано анализов продукции и какими методами.

Сейчас идет борьба не за качество сертификации органических продуктов, а за то, чтобы определенная организация получила возможность присваивать продуктам знак "Органик". Мы будем бороться не за право выдачи такого знака, а за то, чтобы продукция, которая будет им маркироваться, соответствовала заявленному качеству и безопасности. Задача государственного мониторинга именно в этом, во всяком случае, на начальном этапе.

Когда начнет расти экспорт органической продукции, из-за нарушений его рано или поздно остановят. Тогда начнут спрашивать, где госнадзор. И эйфория пройдет.

Кроме того, поймите, если я сейчас в это вмешаюсь, все скажут, что Россельхознадзор в этом заинтересован и нашел источник для зарабатывания денег. Наша задача не в этом. Мы вмешиваемся тогда, когда видим, что необходимо участие государства.