Вячеслав Федюнин: К 2030 году мы можем увеличить внутрироссийский рынок органической продукции в 2,6 раза

Вячеслав Федюнин: К 2030 году мы можем увеличить внутрироссийский рынок органической продукции в 2,6 раза

Директор Фонда «Органика» Вячеслав Федюнин в интервью The DairyNews рассказал об основных принципах и направлениях деятельности организации, представил свой прогноз развития рынка органической продукции в России, осветил процедуру получения грантов для производителей органики, а также прокомментировал, как эко- и биопродукция размывают представления потребителей об органической продукции. Эксперт отметил, что по прогнозам исследователей к 2030 году рынок органики вырастет в 2,6 раза, до 309 млрд долларов.
 

DN: Расскажите подробнее о Фонде «Органика», о его истории и о том, какие основные задачи он ставит перед собой на ближайшее время.

ВФ: История Фонда началась с инициативы руководства «Россельхозбанка», председателя правления Бориса Листова. Создание Фонда было анонсировано в рамках «Золотой Осени - 2021». Задачи Фонда связаны с развитием рынка органической продукции. Миссией Фонда является содействие формированию культуры потребления органической продукции. Это серьезный замах, я бы даже сказал – крупная государственная задача. Но мы направлены на работу со всеми субъектами, которые есть на рынке органической продукции. Это прежде всего потребители, производители, те, кто помогает донести продукцию от производителей до потребителей, и, безусловно, те организации и органы власти, которые заинтересованы в работе с органической продукцией. Наш Фонд оказался звеном, которое, на наш взгляд, позволит объединить их интересы и саккумулировать необходимые источники финансовых ресурсов.

Фонд говорит о достаточно понятных проектах, которые измеримы, прозрачны в сроках реализации, оценены по объемам задач и показателей, установленных перед нашей организацией ее учредителями и высшим коллегиальным органом – советом Фонда. Поэтому если говорить о глобальной миссии, то мы переходим в группы заинтересованных сторон — в каждой из них выбрано свое направление. Это активация потребительского спроса, развитие каналов сбыта, поддержка производителей органической продукции и развитие партнерских отношений. В каждом из направлений есть конкретные проекты, мы понимаем ближайшую перспективу, возможности, реальные источники финансирования и результаты, которые хотим получить. Поэтому активацию потребительского спроса мы считаем одним из основных направлений деятельности, поскольку без осознанного потребления органической продукции все остальные инструменты и институты вряд ли покажут эффективность.

Первый наш проект – это работа со школьниками. Так называемый конкурс среди аудитории образовательных учреждений, направленный на популяризацию потребления органической продукции. Работая со школами, мы понимаем, что именно там формируются осознанное потребительское поведение. Соответственно, наша задача – найти правильный подход и заинтересовать педагогов и учащихся в органической продукции, чтобы они глубоко погрузились в эту тему.

Чтобы это было не просто нашим желанием, а вписывалось в канву образовательного процесса, мы обратились в вузы России, которые занимаются разработкой дополнительных общеобразовательных развивающих программ, и в апреле должны получить методику, позволяющую нам предложить школам проводить факультативные занятия. Мы прекрасно понимаем, что здесь должен быть и моральный, и материальный интерес, поэтому по итогам конкурса те, кто лучше выполнит свои задания, получат призы, а учителей поощрим за проведение этих факультативных часов.

В этот проект мы планируем вовлечь порядка 500 школьников. Определены 4 региона, сейчас мы находимся в активном взаимодействии с ними. Недавно я побывал в Мордовии, на уровне заместителя председателя правительства прошла встреча, на которой были достигнуты конкретные договоренности. Была согласована дорожная карта, и до конца февраля мы с Мордовией подпишем соглашение о сотрудничестве по реализации регионального конкурса. Планируем, что в республике примут участие в конкурсе порядка 125 учащихся. Дальше будут три других региона. Мы надеемся в марте выйти на договоренности с ними, думаем, что они также поддержат нашу инициативу.

Однако это только один проект – активация потребительского спроса. Сюда также входит «Карта органики», которая сегодня уже сформирована на сайте Фонда. Там размещены все производители органической продукции, имеющие как российский, так и зарубежный сертификат. Так что карта – это некий инструмент для работы и с потребителем, и с производителем. Производитель получает популяризацию и продвижение своего продукта, а потребитель — информацию о том, кто в его регионе производит органическую продукцию. Дальше мы планируем ее развивать как отдельный информационный ресурс с целью подгружать туда дополнительные слои.

Следующий проект – это активная работа с сообществами в медиа и СМИ по продвижению знаний об органической продукции. Это не только школьники, целевая группа – это те, кто планирует потреблять ее, и им нужно правильно идентифицировать органическую продукцию. Мы планируем три коммуникационных кампании, достаточно серьезные, которые включают сотрудничество со СМИ, блогерами, создание специальных репортажей и передач на видеохостингах. Они будут рассказывать о том, что такое органическая продукция, как ее выбирать, каковы ее особенности. Мы делаем познавательный экскурс в целях того, чтобы осознанных потребителей стало больше.

По производителям у нас в этом году три самостоятельных проекта. Это конкурс грантов на сертификацию – так как мы понимаем, что есть категория производителей, которые фактически являются органическими, но юридически не имеют статуса. Для получения статуса им нужно сертифицироваться, и мы компенсируем им затраты на сертификацию. Также мы организуем стажировки для тех, кто желает перейти на органическое производство, но не знает, как это сделать. Ведем работу с российскими и зарубежными партнерами, которые уже являются органическими производителями — они привлекут тех, кто желает перейти в органический статус. Третье направление – продвижение органической продукции на выставках, фестивалях, ярмарках, где будут создаваться коллективные стенды органики и проходить B2B- и B2C-мероприятия для производителей.

Каналы сбыта заинтересованы в коммерческой выгоде и безусловно у них есть ресурсы, чтобы поднять любой сегмент. А желание должно возникнуть через популяризацию у потребителя и поддержку производителей. Крупные сети сегодня уже представляют органическую продукцию, и мы посчитали целесообразным поддержать инициативы в части проведения конкурсов, которые лучше поощряют лучше каналы товародвижения в части поддержки органики. Первый – конкурс Совета Федерации, Роскачества и Министерства сельского хозяйства по продвижению органической продукции, и второй – в рамках выставки Worldfood, который проводится не первый год, и мы становимся участниками и финансовыми партнерами этих мероприятий.

Таким образом, у нас в этом году 8 ключевых проектов по 4 направлениям.

DN: Если говорить о перспективах развития рынка органической продукции в России, сколько еще лет потребуется, чтобы он из специфического сегмента перешел в известный и знакомый широкому кругу потребителей?

ВФ: По срокам я не могу сказать, поскольку все зависит от нас. У потребителя должна быть информация, а сам он — настроен на это. Сегмент органических товаров на рынке сегодня занимает очень незначительную часть. На конференции «Продэкспо» говорилось, что объем реализации органической продукции в рознице составляет от одного до полутора процентов. Но это опять же связано со знаниями потребителей об органической продукции. Сегодня эта информация есть, и желающий, который ищет ее, сможет найти подробное описание, производителя, осуществить заказ, поскольку крупные маркетплейсы и сети работают с органикой.

Но чтобы увеличить этот круг, мы должны делать такую информацию доступнее. Чтобы человек не сам ее искал, а мы сформировали понимание у обычного потребителя и он понимал, что, к примеру, хочет всегда пить органическое молоко, нужно помочь ему осознать, в чем преимущество органической продукции. Эту мысль мы и несем совместно с другими организациями.

Какой период времени для этого потребуется? Если учесть, какой потенциал мы закладываем в школы, если сегодня мы говорим об учениках 5-9 классов, то их потребительский стаж начнет формироваться через 5-10 лет. Соответственно, к 2030 году мы получим и увеличение объема рынка, и увеличение количества потребителей.

Если возвращаться к мировой статистике, то, по оценкам экспертов, в 2019 году рынок всей мировой органической продукции составил 119 млрд долларов. По прогнозам, к 2030 году он вырастет в 2,6 раза, до 309 млрд долларов. Думаю, рост российского рынка с точки зрения потребления находится примерно в этих же временных рамках.

Минсельхоз сейчас разрабатывает стратегию, в которой будут определены основные показатели, позволяющие оценивать то, чего мы хотим добиться. Но, скорее всего, это будет выражено в цифрах объема производства органической продукции. При этом мы прекрасно понимаем, что сегодня российский рынок потребляет только то, что в большей степени является скоропортящимся. Я имею в виду российскую продукцию. Остальное в большинстве своем мы получаем с европейским или американским знаком органики. В принципе, рынок развивается так, что органическая продукция имеет местный, локальный характер. И это объективно: большинство потребителей в мире вообще голосуют за свое, местное. К сожалению, у нас пока потребитель еще не готов однозначно отдавать свой голос российскому продукту питания. К тому же чаще всего, к сожалению, цена является перевешивающим фактором в выборе тех или иных товаров. Но мы надеемся, с учетом перспектив, что рост реальных доходов населения позволит наклонить чашу весов в сторону органического питания.

Думаю, следуя за международным трендом, мы также прирастем и к 2030 году увеличим внутрироссийский рынок органической продукции в 2,6 раза. Таким образом, доля органики в розничных сетях может достигнуть 5%. Но это оценки, которые исходят из глобальных тенденций.

Основная наша задача – создать устойчивый канал информирования и поддержки производителей, поощрять каналы реализации органической продукции. Когда эта цепочка замкнется, когда мы будем понимать, что есть специальные институты, оказывающие содействие в развитии органического рынка, тогда у потребителей будет больше ясности и уверенности в той продукции, которая называется органической.

DN: Насколько развитию рынка органической продукции мешают такие спорные обозначения на упаковках, как «эко», «био» и так далее? Ведь в отличие от органической такая продукция не имеет сертификации и подтверждения качества.

ВФ: Безусловно, они размывают те преимущества, которые есть у органики. Такая продукция может быть значительно дешевле, создается стереотип, что эко- и биопродукция имеет то же качество, что и органическая. Потребитель из-за незнания ставит знак равенства между такими продуктами. Сейчас правительство думает над тем, чтобы «эко», «био» и органику вывести в специальные категории, с подтверждением качества через сертификацию, чтобы эти обозначения не вводили потребителя в заблуждение. С другой стороны, всегда есть риск, что запретами мы добьемся поиска новых идей у маркетологов, которые найдут способ продвигать обычную и не сертифицированную продукцию по более высокой цене, выдавая ее за более качественную.

У органики есть ГОСТы. Государственные стандарты, которые определяют, какие требования предъявляются к самой продукции, к ее производству, упаковке, хранению, источникам ее происхождения. Это цикл от земли до прилавка, во всех иных случаях продукт не называется органическим. Применительно к «эко» и «био»-продукции точные, зафиксированные в стандартах требования на сегодняшний день в российской действительности отсутствует. В других странах есть практика привязки «эко» и «био» к определенным параметрам по качеству, это имеет под собой законное основание. Если мы пойдем этим путем, то получим вариант поддержки всех, кто хочет присоединиться к органическому рынку и готов подтверждать качество своей продукции, и отметем недобросовестных производителей «эко» и «био».

На мой взгляд, тут все зависит от позиции рынка и власти, от того, как они договорятся с точки зрения удовлетворения потребителей. Потому что потребитель, покупая продукт и платя за него, должен действительно получать качество. Не обманное, маркетинговое, а именно то, которое соответствует сертификации и подтверждает качество продукта.

DN: Очень часто, когда мы говорим об органической продукции, возникает вопрос необходимости взаимного признания органических сертификатов у российских и зарубежных производителей, чтобы они могли более комфортно интегрироваться в международный рынок, работать на экспорт. Планирует ли Ваш Фонд как-то участвовать в переговорах по этим вопросам, способствовать укреплению взаимодействия с зарубежными рынками?

ВФ: У нас нет такой задачи, поскольку мы развиваем внутренний рынок, поддерживаем отечественных производителей, каналы сбыта и потребителей. У Фонда сугубо внутренние задачи. То, что происходит на международном рынке, взаимопризнание знаков соответствия и качества – этот процесс очень непростой. Знак качества и сертификация – это способ законной защиты рынка от конкурентов. Поэтому я не думаю, что кто-то в Европе или США сильно захочет бежать за взаимным признанием, но если это случится, то будет очень хорошо. Это пойдет на пользу производителям, поскольку позволит снизить их расходы.

Вообще наша концепция — даже в грантах на сертификацию, мы рассматриваем это как одно из условий — если производитель идет на международную сертификацию и у него есть продукция для зарубежных рынков, то он должен для начала иметь российский сертификат органики. Это будет гарантией того, что он осмыслил и осознал процесс производства органической продукции. Мы хотим увидеть российский знак качества прежде, чем международный. Это важная деталь, которую мы однозначно закрепим в своем Положении о предоставлении средств на сертификацию.

Международный рынок от нас чаще всего требует сырье. Если мы посмотрим на структуру импорта органической продукции, то в большинстве стран Европы и США это фрукты, овощи, сырье в виде зерна. Для большинства потребителей важно, чтобы органический продукт был произведен на территории их страны. Это подтверждается исследованиями предпочтений и лояльности потребителей. Поэтому мы ты также говорим, что для большинства россиян в случае появления какой-то продукции со знаком органики она должна быть сначала в России и уже потом выходить на международные рынки.

В переговорах мы точно участвовать не будем, нашей задачи в этом нет, но поддержка наших производителей с точки зрения сертификации внутри страны и международной нами ставится.

DN: Какова процедура получения гранта, о котором Вы говорили?

ВФ: Такую поддержку получить абсолютно не сложно. В ближайшее время мы опубликуем положение о конкурсе, которое будет ориентировано на две категории производителей. Во-первых, на тех, кто уже прошел сертификацию и имеет знак. Мы им будем компенсировать часть расходов на оформление документов и сертификацию в случае, если она была пройдена не раньше, чем за год до момента проведения конкурса. Во-вторых, есть те, кто переходит от традиционного сельского хозяйства к органическому. Здесь мы подразумеваем возможность компенсации части их затрат на проведение лабораторных исследований, необходимых испытаний для получения органического сертификата.

Никаких сложных бумаг производителям подготавливать не надо, несоразмерных требований не будет, вся их документация копиями просто будет попадать к нам. Понятно, что это будет не стопроцентная компенсация расходов с нашей стороны, потому что мы понимаем, что каждый человек должен заниматься этим делом осознанно. Если ты хочешь участвовать, значит, ты ищешь поддержку в лице Фонда и, соответственно, свой рубль тоже вкладываешь.

Фонд – это некоммерческая негосударственная организация, средства в нем – это пожертвования и взносы тех производителей, кто подробно интересуется органической тематикой, тех, кому небезразлична судьба нашего органического рынка, наших потребителей и производителей. И поэтому средства Фонда – это некий аккумулирующий эффект от всех участников органического рынка. Естественно, мы поддерживаем и других участников, которые не так финансово стабильны в плане расходов.

DN: Насколько со стороны производителей проявляется заинтересованность в сотрудничестве? Готовы ли они активно участвовать в развитии этого сегмента?

ВФ: Наши проекты – это форма обратной связи как раз от участников рынка органической продукции. Все они рождены в результате предложений и обсуждений с теми, кто представляет рынок. Это производители, торговые сети, органы власти. Поэтому наши проекты – это нужный и востребованный формат работы.

DN: Со стороны отраслевых союзов тоже заметно желание сотрудничать?

ВФ: Да. На сегодняшний день мы имеем три соглашения с конкретным планом мероприятий. У нас 8-10 позиций в зависимости от каждого союза, в рамках которых мы в этом году будем действовать совместно. С Национальным органическим союзом, с Союзом органического земледелия, с Роскачеством, которое является и просветителем, и сертификатором на рынке. Каждое действие в работе с ними у нас осмыслено, это соглашения в рамках поддержки проектов, которые есть и у нас, и у них.

DN: Ваши пожелания производителям органической продукции.

ВФ: Я бы просто хотел сказать, что Фонд – это их инструмент, которым они всегда могут пользоваться, и, как конструктор, формировать проекты Фонда. Мы призываем производителей быть активными участниками не только с точки зрения использования результатов, но и в формировании результатов самих проектов. Фонд как организация открыт, как инструмент — доступен для них, и мы всегда готовы к активному диалогу и результативной работе.

DN: Спасибо за интервью!